Print

The Voyage of Ohthere

Original Text

Ōhthere sǣde his hlāforde, Ælfrēde cyninge, ðæt hē ealra Norðmonna norþmest būde. Hē cwæð þæt hē būde on þǣm lande norþweardum wiþ þā Westsǣ. Hē sǣde þēah þæt þæt land sīe swīþe lang norþ þonan; ac hit is eal wēste, būton on fēawum stōwum styccemǣlum wīciað Finnas, on huntoðe on wintra, ond on sumera on fiscaþe be þǣre sǣ. Hē sǣde þæt hē æt sumum cirre wolde fandian hū longe þæt land noþryhte lǣge, oþþe hwæðer ǣnig mon be norðan þǣm wēstenne būde. Þā fōr hē norþryhte be þǣm lande: lēt him ealne weg þæt wēste land on ðæt stēorbord, ond þā wīdsǣ on ðæt bæcbord þrīe dagas. Þā wæs hē swā feor norþ swā þā hwælhuntan firrest faraþ. Þā fōr hē þā giet norþryhte swā feor swā hē meahte on þǣm ōþrum þrīm dagum gesiglau. Þā bēag þæt land, þǣr ēastryhte, oþþe sēo sǣ in on ðæt lond, hē nysse hwæðer, būton hē wisse ðæt hē ðǣr bād westanwindes ond hwōn norþan, ond siglde ðā ēast be lande swā swā hē meahte on fēower dagum gesiglan. Þā sceolde hē ðǣr bīdan ryhtnorþanwindes, for ðǣm þæt land bēag þǣr sūþryhte, oþþe sēo sǣ in on ðæt land, hē nysse hwæþer. Þā siglde hē þonan sūðryhte be lande swā swā hē meahte on fīf dagum gesiglan. Ðā læg þǣr ān micel ēa ūp on þæt land. Ðā cirdon hīe ūp in on ðā ēa for þǣm hīe ne dorston forþ bī þǣre ēa siglan for unfriþe; for þǣm ðæt land wæs eall gebūn on ōþre healfe þǣre ēas. Ne mētte hē ǣr nān gebūn land, siþþan hē from his āgnum hām fōr; ac him wæs ealne weg wēste land on þæt stēorbord, būtan fiscerum ond fugelerum ond huntum, ond þæt wǣron eall Finnas; ond him wæs āwīdsǣ on þæt bæcbord. Þā Boermas heafdon sīþe wel gebūd hiraland: ac hīe ne dorston þǣr on cuman. Ac þāra Terfinna land wæs eal wēste, būton ðǣr huntan gewīcodon, oþþe fisceras, oþþe fugeleras.

Fela spella him sǣdon þā Beormas ǣgþer ge of hiera āgnum lande ge of þǣm landum þe ymb hīe ūtan wǣron; ac hē nyste hwæt þæs sōþes wæs, for þǣm hē hit self ne geseah. Þā Finnas, him þūhte, ond þā Beormas sprǣcon nēah ān geþēode. Swīþost hē fōr ðīder, tō ēacan þæs landes scēawunge, for þǣm horshwælum, for ðǣm hīe habbað swīþe æþele bān on hiora tōþum — þā tēð hīe brōhton sume þǣm cyninge — ond hiora hȳd bið swīðe gōd tō sciprāpum. Sē hwæl bið micle lǣssa þonne ōðre hwalas: ne bið hē lengra ðonne syfan elna lang; ac on his āgnum lande is sē betsta hwælhuntað; þā bēoð eahta and fēowertiges elna lange, and þā mǣstan fīftiges elna lange; þāra hē sǣde þæt hē syxa sum ofslōge syxtig on twām dagum.

Hē wæs swȳðe spēdig man on þǣm ǣhtum þe heora spēda on bēoð, þæt is, on wildrum. Hē hæfde þā gȳt, ðā hē þone cyningc sōhte, tamra dēora unbebohtra syx hund. Þā dēor hī hātað 'hrānas'; þāra wǣron syx stælhrānas; ðā bēoð swȳðe dyre mid Finnum, for ðǣm hȳ fōð þā wildan hrānas mid. Hē wæs mid þǣm fyrstum mannum on þǣm lande: næfde hē þēah mā ðonne twēntig hrȳðera, and twentig scēapa, and twentig swȳna; and þæt lȳtle þæt hē erede, hē erede mid horsan. Ac hyra ār is mǣst on þǣm gafole þe ðā Finnas him gyldað. Þæt gafol bið on dēora fellum, and on fugela feðerum, and hwales bāne, and on þǣm sciprāpum, þe bēoð of hwæles hȳde geworht, and of sēoles. Ǣghwilc gylt be hys gebyrdum. Sē byrdesta sceall gyldan fīftȳne mearðes fell, and fīf hrānes, and ān beran fel, and tȳn ambra feðra, and berenne kyrtel oððe yterenne, and twegen sciprāpas; ǣgþer sȳ syxtig elna lang, ōþer sȳ of hwæles hȳde geworht, ōþer of sīoles.

Hē sǣde ðæt Norðmanna land wǣre swȳþe lang and swȳðe smæl. Eal þæt his man āþer oððe ettan oððe erian mæg, þæt līð wið ðā sǣ;and þæt is þēah on sumum stōwum swȳðe clūdig; and licgað wilde mōras wið ēastan and wið uppon emnlange þǣm bȳnum lande. On þǣm mōrum eardiað Finnas. And þæt bȳne land is ēasteweard brādost, and symle swā norðor swā smælre. Ēastewerd hit mæg bīon syxtig mīla brād, oþþe hwēne brādre; and middeweard þrītig oððe brādre; and norðeweard hē cwæð, þǣr hit smalost wǣre, þæt hit mihte bēon þrēora mīla brād tō þǣm mōre; and se mōr syðþan, on sumum stōwum, swā brād swā man mæg on twām wucum oferfēran; and on sumum stōwum swā brād swā man mæg on syx dagum oferfēran. 

Ðonne is tōemnes þǣm lande sūðeweardum, on ōðre healfe þæs mōres, Swēoland, oþ þæt land norðeweard; and tōemnes þǣm lande norðeweardum, Cwēna land. Þā Cwēnas hergiað hwīlum on ðā Norðmen ofer ðone mōr, hwīlum þā Norðmen on hȳ. And þǣr sint swīðe micle meras fersce geond þā mōras; and berað þā Cwēnas hyra scypu ofer land on ðā meras, and þanon hergiað on þā Norðmen; hȳ habbað swȳðe lȳtle scypa and swȳðe lēohte. 

Ōhthere sǣde þæt sīo scīr hātte Hālgoland þe hē on būde. Hē cwæð þæt nān man ne būde be norðan him. Þonne is ān port on sūðeweardum þǣm lande, þone man hǣt Scīringes hēal. Þyder hē cwæð þæt man ne mihte geseglian on ānum mōnðe, gyf man on niht wīcode, and ǣlce dæge hæfde ambyrne wind; and ealle ðā hwīle hē sceal seglian be lande. And on þæt stēorbord him bið ǣrest Īraland, and þonne ðā īgland þe synd betux Īralande and þissum lande. Þonne is þis land oð hē cymð tō Scīrincges hēale, and ealne weg on þæt bæcbord Norðweg. Wið sūðan þone Scīringes hēal fylð swȳðe mycel sǣ ūp in on ðæt lond; sēo is brādre þonne ǣnig man ofer sēon mæge. And is Gotland on ōðre healfe ongēan, and siððan Sillende. Sēo sǣ līð mænig hund mīla ūp in on þæt land.

And of Sciringeshēale hē cwæð þæt hē seglode on fīf dagan tō þǣm porte þe mon hǣt æt Hǣþum; sē stent betuh Winedum, and Seaxum, and Angle, and hȳrð in on Dene. Ðā hē þiderweard seglode fram Sciringeshēale, þā wæs him on þæt bæcbord Denamearc and on þæt stēorbord wīdsǣ þrȳ dagas; and þā, tweg_en dagas ǣr hē tō Hǣþum cōme, him wæs on þæt stēorbord Gotland, and Sillende, and īglanda fela. On þǣm landum eardodon Engle, ǣr hī hider on land cōman. And hym wæs ðā twēgen dagas on ðæt bæcbord þā īgland þe in [on] Denemearce hȳrað.

Danish

Ottars Rejseberetninger
Translated by Rasmus Rask
 

Ottar sagde sin Herre Kong Alfred, at han boede nordligst af alle Nordmænd. Han berettede, at han boede på den nordlige Kant af Landet ved Vesterhavet; men at Landet dog strakte sig langt længer imod Nord, men at det var altsammen øde, undtagen at Lapper opholdt sig af og til på enkelte Steder for Jagtens Skyld om Vinteren, og om Sommeren på Fiskeri ved Søen.

Han fortalde, at han en Gang vilde undersøge, hvor langt Landet strakte sig nord på, og om noget Menneske boede norden for Ørkenen; til den Ende rejste han nord på langs Landet, og havde hele Vejen det øde Land på Styrbord, (ɔ: til højre) og rum Sø på Bagbord (ɔ: til venstre) i tre dage, da var han så langt nord på som Hvalfangerne nogensinde fare. Dernæst drog han endvidere nord på, så langt som han kunde sejle på tre Dage endnu; dér bøjede Landet sig da mod Østen eller og Søen gik ind i Landet, han vidste ikke hvilket, men det vidste han, at han dér biede på en vestlig eller lidt nordlig Vind, hvorpå han sejlede derfra øster med Landet, så langt som han kunde sejle i fire Dage. Da måtte han bie dér efter fuld Nordenvind, fordi Landet dér bøjede sig mod Sönden; eller Søen ind i Landet, han vidste ikke hvilket. Derpå sejlede han derfra sönder med Landet, så langt som han kunde sejle i 5 Dage. Da lå der en stor Flod oppe i Landet (for dem); da vendte de ind i Floden (ɔ: Mundingen), ti videre op ad Floden torde de ikke sejle af Frygt for Ufred, efterdi Landet var ganske beboet på den anden Side. Han havde ikke för truffet noget beboet Land, siden han drog hjemme fra; men havde bestandig haft på Styrbord øde Land (på Fiskere, Fuglefængere og Jægere nær, der alle vare Lapper), og rum Sø på Bagbord.

Bjarmerne havde meget vel dyrket deres Land; og de torde ikke komme derind, men Terfinnernes Land var ganske øde, uden hvor der opholdt sig Jægere, eller Fiskere, eller Fuglefængere. Bjarmerne gave ham mange Beretninger dels om deres eget Land, dels om de dem omgivende Lande, men han vidste ikke hvad der var sandt af det, efterdi han ikke så det selv. Lapper og Bjarmer, syntes ham, talte omtrent samme Sprog.

Fornemmelig drog han did (næst efter Lysten at betragte Landet) for Hvalrossernes Skyld; ti de have meget kosteligt Ben i deres Tænder (nogle sådanne Tænder bragde de Kongen), og deres Hud er meget god til Skibstov. Den Hval er meget mindre end andre Hvaler, den er ikke længere end syv Alen.

Men i hans eget Land er den bedste Hvalfangst; de Hvaler ere åtte og fyrretyve Alen lange og de störste halvtredsindstyve Alen; af dem berettede han at han med 6 Harpuner eller 6 Skibe dræbte 60 på 2 Dage. Han var en meget rig Mand på de Ejendomme; hvori deres Rigdomme bestå, nemlig på vilde Dyr; han havde, den Gang han besøgte Kongen, 600 tamme ukøbte Dyr. De Dyr kalde de Rener, af dem var der 6 Lokkerener, hvilke ere meget dyre hos Lapperne; ti dem fange de de vilde Rener med. Han var iblandt de første Mænd der i Landet, dog havde han ikke mere end tyve Kør, tyve Får og tyve Svin, og det lille han plöjede, plöjede han med Heste. Men deres störste Herlighed består i den Skat, som Lapperne betale dem. Den Skat ydes i Dyrehuder, i Fuglefjedre og i Fiskeben, samt i Skibstov, der forarbejdes af Hvalfiskens og Sælhundens Skind. Enhver (Lapper) betaler efter sin Stand (ɔ: Formue); den fornemste må betale femten Mårskind, fem Rensdyrshuder, et Björneskind og ti Poser Fjer, en Björneskinds eller Odderskinds Kjole, og to Skibstov hvert på 60 Alen, det ene forarbejdet af Hvalfiskehud, det andet af Sælskind.

Han berettede at Nordmændenes Land var meget langt og meget smalt; alt det deraf, som man kan bruge til Græsning eller Plöjland, ligger ved Søen; og det er endda på nogle Steder Meget klippefuldt, og der ligger vilde Fjælde østen for og oven for langs med det beboede Land. På de Fjælde bo Lapperne. Det beboede Land er bredest i den østlige Del og altid jo længer mod Nord des smallere. På den østlige Kant kan det vel være 60 Mile bredt eller lidt bredere, og midtvejs 30 eller derover, og på den nordlige Kant, berettede han, hvor det var smallest, at det Kunde være tre Mil bredt (fra Søen) til Fjældet, Og Fjældet siden på nogle Steder så bredt, at man kan bruge to Uger til at rejse derover, på andre Steder så bredt, at man kan anvende 6 Dage dertil.

Jævnsides med den sydlige Del af Landet på den anden Side af Fjældet er Sverrig, (som strækker sig) indtil det nordlige Norge; lige ud for den nordlige Del af Landet er Kvenland. Kvenerne hærge undertiden på Nordmændene over Fjældet, undertiden Nordmændene på dem. Der er meget store ferske Søer imellem Fjældene, og Kvenerne bære deres Skibe over Land ind i Søerne, og derfra hærge de på Nordmændene, de have meget små og meget lette Skibe.

Ottar berettede, at det Landskab, hvor han boede hed Helgeland han sagde at ingen boede norden for ham Nu er der i den sydlige Del af Landet en Havn som man kalder Skíringssal; der hen kunde man, som han sagde, ikke sejle på en Måned, når man lå stille om Nætterne, men hver Dag havde stærk Vind. Hele Tiden må han sejle langs med Landet, og på Styrbord (ɔ: höjre Side) er først Island, og derpå Øerne, som ligge imellem Island og dette Land (Færøerne, Örkenøerne, Hetland &c), derpå dette Land (Britannien), indtil han kommer til Skíringssal, og hele Vejen er Norge på Bagbord (ɔ: venstre Hånd).

Sønden for Skíringssal falder en meget stor Sø (løber et stort Hav) ind i Landet (Danmark), som er bredere end nogen Mand kan se over, og der er Jylland på hin Side ligeoverfor, derpå er Slesvig, Det Hav (Østersøen) ligger mange hundrede-Mile ind i Landet.

Og fra Skíringssal sagde han, at han sejlede på 5 Dage til den Havn, som man kalder Hedeby, den ligger imellem Venderne (Vagrerne), Sakserne og Angelen, og hører under de Danske, Da han sejlede did fra Skíringssal, da havde han på Bagbord (venstre) Danmark (Halland og Sjælland) og på Styrbord (höjre) det åbne Hav (Kattegat) i 3 Dage; og de (øvrige) to Dage för han kom til Hedeby havde han på Styrbord Jylland og Slesvig og mange Øer (i de Egne boede Anglerne för, de kom hid til Lands), og de to Dage havde han på Bagbord de Øer, som tilhøre Dannemark.

German

Others Reiseberichte

 

1. Other sagte seinem Herrn, dem König Ælfred, daß er am nördlichsten von allen Normännern wohne. Er erzählte, daß er an der nördlichen Landküste an der Westsee wohne; er sagte, daß das Land sich doch viel weiter nach Norden erstrecke, aber da ganz wüste sey, ausgenommen daß an einzelnen Stellen sich hin und wieder F i n n e n aufhielten wegen der Jagd im Winter, und im Sommer wegen der Fischerei an der See.

2. Er sagte, daß er einstmahls habe ausfinden wollen, wie weit das Land sich nordwärts erstrecke, und ob irgend Menschen im Norden der Wüste wohnten; da fuhr er nordwärts am Lande hin, und hatte auf dem ganzen Wege wüstes Land am Steuerbord, und die weite See am Backbord drei Tage lang; da war er so weit nach Norden gefahren, als die Walfischfänger nur irgend fahren. Da fuhr er weiter nach Norden, so weit als er in noch drei Tagen segeln konnte; da bog sich das Land dort gegen Osten, oder auch die See trat hinein in das Land, er wußte nicht welches; so viel aber wußte er, daß er daselbst auf einen westlichen oder etwas nördlichen Wind wartete, worauf er östlich am Lande weiter segelte, so weit als er in vier Tagen segeln konnte. Nun mußte er dort warten auf vollen Nordwind, weil das Land sich hier nach Süden bog, oder auch die See sich hinein in das Land, welches, wußte er nicht. Darauf segelte er von da südlich mit dem Lande, so weit er in fünf Tagen segeln konnte. Da lag nun ein großer Fluß hoch am Lande, da fuhren sie in den Fluß hinein, denn weiter den Fluß hinauf durften sie nicht segeln, wegen Unfriedens, weil das Land an der andern Seite des Flusses ganz bewohnt war. Er hatte bis dahin kein bewohntes Land gefunden, seit er aus der Heimath fuhr, sondern hatte beständig am Steuerbord wüstes Land gehabt, ausgenommen Fischer, Vogler (fugeleran) und Jäger, welche alle F i n n e n waren, und ihm war beständig weite See am Bakbord.

3. Die B e o r m a s hatten ihr Land wohl gebaut, und sie durften darum nicht hinan kommen, aber der T e r f i n n e n Land war ganz wüste, außer wo sich Jäger aufhielten, oder Fischer, oder Vogler. Viele Nachrichten gaben ihm die Beormas theils von ihrem eigenen Lande, theils von den Landen um sie herum, aber er wußte nicht, ob es wahr wäre, weil er es nicht selbst sah. Die Finnen, däuchte ihn, und die Beormas sprachen fast einerlei Zunge.

4. Er fuhr vornehmlich hieher, außer der Lust, das Land zu schauen, um der Walrosse (horshvaelum) willen, weil sie ein sehr edles Bein in ihren Zähnen haben; - einige der Zähne brachten sie dem Könige – und ihre Haut ist gar gut zu Schiffstauen. Dieser Walfisch ist viel kleiner, als andere Walfische, er ist nicht länger als sieben Ellen lang. Allein in seinem eigenen Lande ist die beste Walfischjagd; sie sind da acht und vierzig Ellen lang, und die größten funfzig. Von diesen erzählte er, daß er mit sechs großen Schiffen ihrer sechzig in zwei Tagen tödtete.

5. Er war ein sehr reicher Mann an den Besitzthümern, worin ihr Reichthum besteht, das heißt an Wild; er hatte derzeit, als er bei dem Könige einsprach, sechshundert zahme ungekaufte Thiere. Die Thiere heißen sie Rennthiere (hránus), darunter waren sechs Stehlrennthiere [Fangrennthiere, wie man in Indien zahme Elephanten hat, die die wilden einzufangen abgerichtet sind.], die sehr theuer bei den Finnen sind, denn damit fangen sie die wilden Rennthiere. Er war unter den ersten Männern in dem Lande, doch hatte er nicht mehr als zwanzig Kühe, zwanzig Schaafe und zwanzig Schweine, und das Wenige, was er ackerte, das ackerte er mit Pferden. Allein ihr Hauptvermögen besteht in der Abgabe, welche die Finnen ihnen entrichten. Die Abgabe besteht in Thierhäuten, in Vogelfedern und in Fischbein, und aus dem Schiffstauwerk, welches aus Wallfisch- und Seehundshäuten gearbeitet wird. Jeder zinst nach seiner Lage; der ansehnlichste muß funzehn Marderfelle und fünfe von Rennthieren, und ein Bärenfell und zehn Faß Federn, einen Kittel (Kyrtel) von Bären- oder Otternfell und zwei Schiffstaue, jedes sechzig Ellen lang, das eine von Walfischhaut gewirkt, das andre von Seehundsfell.

6. Er sagte, das Northmanna-Land wäre sehr lang und sehr schmahl; Alles, was man davon entweder beweiden oder beackern kann, das liegt an der See, und es ist gleichwol an einigen Stellen sehr steinig, und im Osten liegen wilde Gebirge, hoch über und längs dem angebauten Lande. Auf den Gebirgen wohnen die Finnen, und das gebaute Land ist ostwärts? am breitesten, und immer, je nördlicher, je schmähler. Ostwärts mag es sechzig Meilen breit seyn, oder auch etwas breiter, und in der Mitte dreißig oder breiter, und nordwärts, sprach er, wo es am schmahlsten wäre, da möchte es drei Meilen breit seyn bis zum Gebirge, und dann das Gebirge an einigen Stellen so breit, daß man in zwei Wochen hinüberreisen mag, und an einigen Stellen so breit, daß man in sechs Tagen hinüberreisen mag.

7. Dem südlichen Theile des Landes gegenüber, auf der andern Seite des Gebirgs ist S u e o l a n d bis zum Norden des Landes, dem nördlichen Theile des Landes gegenüber ist Quänaland. Die Quäner verheeren zuweilen bei den Nordmännern über dem Gebirge, zuweilen die Nordmänner bei ihnen. Es sind aber sehr große frische Seen zwischen den Gebirgen, und die Quäner tragen ihre Schiffe über Land in die Seen, und verheeren so bei den Nordmännern. Sie haben sehr kleine Schiffe und sehr leichte.

8. Other sagte, daß die Landschaft, wo er wohne, H e l g o l a n d heiße; er erzählte, daß kein Mensch nicht nördlich von ihm wohne. Es ist aber ein Hafen im südlichen Theile des Landes, den man S c i r i n g e s h e a l heißet; dahin, sagte er, könne man nicht segeln in einem Monate, wenn man die Nächte stille liege, aber jeden Tag starken Wind habe. Und alle die Zeit muß einer am Land hin segeln, und am Steuerbord ist zuerst I r a l a n d, und darauf die Inseln, die zwischen I r a l a n d und diesem Lande liegen; darauf dieses Land, bis er nach S c i r i n g e s h e a l kommt, und auf dem ganzen Wege ist Norwegen am Bakbord.

9. Südlich von S c i r i n g e s h e a l fällt eine sehr große See hinein in das Land, die ist breiter, als daß ein Mann sie übersehen möchte, und da ist Jütland (Gotland) gegenüber auf jener Seite, und darauf S i l l e n d e. Die See liegt manche hundert Meilen hinein in das Land.

10. Und von Sciringesheal, sagte er, daß er in fünf Tagen zu dem Hafen segelte, den man zu Haedum (at Haedum, Hedaby,) nennt, der liegt zwischen den Wenden, den Sachsen und Angeln, und gehört unter die Dänen. Als er dahin von Sciringesheal segelte, da hatte er am Bakbord Dänemark, und am Steuerbord das offene Meer, drei Tage lang, und die zwei Tage, bevor er nach Haedum kam, hatte er am Steuerbord Jütland und Sillende und viele Inseln (i den Landen wohnten die Angeln, ehe sie hieher ins Land kamen), und die zwei Tage waren ihm am Bakbord die Inseln, die nach Dänemark gehören.

Norwegian

Ottars forteljing
Translated by Reidar Djupedal

Russian

Путешествие Охтхере
 
Охтхере сказал своему господину[1], королю Альфреду, что он бывал у самых северных из всех людей севера. Он сказал, что живёт в той земле к северу по Западному морю[2]. Он сказал, однако, что эта земля находится далеко к северу отсюда; но вся она пустынна, кроме немногих мест, где-то там, то здесь живут финны, охотясь зимой, а летом занимаясь рыбною ловлей у моря. Он сказал, что как-то раз захотел он выяснить, как далеко эта земля простирается на север, и (ли) живёт ли кто к северу от той пустыни. Тогда он отправился к северу вдоль той земли; 3 дня у него пустыня была всё время по правому борту, а открытое море — по левому. Тогда он оказался так далеко на севере, что не заходили дальше него и охотники на китов. Тогда отправился он ещё дальше на север, так далеко, как только мог он проплыть за другие 3 дня[3]. Потом повернула земля на восток, или море (повернуло) в ту землю, он не знает что из них[4], зато он знает, что там он ждал ветра западного и немного северного, и плыл потом на восток вдоль земли так далеко, как только мог он проплыть за 4 дня. Потом он должен был там ждать хорошего северного ветра, поскольку земля повернула там к югу, или море в землю, он не знает что из них. Потом плыл он оттуда вдоль земли так далеко, как только мог он проплыть за 5 дней. И там протекала (læg — букв. лежала) большая река[5] дальше (up — букв. вверх как и в английском) вглубь (in — внутрь) по той земле. Тогда они свернули прямо в ту реку, поскольку они не осмелились дальше реки той (по морю) плыть, чтобы не вызвать вражду; поскольку земля та была вся заселена по другому берегу реки. Не встречал он до этого ни одной населённой земли с тех самых пор как отправился он из своего дома; и на всём пути была у них справа по борту земля пустынная, если не считать рыбаков, охотников и птицеловов, и все они были финны; а слева по борту у них было открытое море. Беармы весьма густо населяли землю свою; но они (Охтхере и его спутники) не осмелились туда пойти. Терских[6] же Финнов земля была вся пустынна, не считая охотников, поселившихся там, и рыбаков, и птицеловов. Много историй ему рассказали Беармы как об их собственной земле, так и землях, которые есть рядом с ними, но он не знает, что там было правды, поскольку сам он не понял этого финнского наречия[7], а Беармы говорили почти на одном (с финнами) языке. Так далеко он зашёл туда, помимо исследования земли, ради коне-китов[8], поскольку у них есть прекрасные кости на месте зубов их. Несколько этих зубов они привезли королю, а шкура их (конекитов — моржей) весьма хороша для корабельных канатов. Такой кит много меньше других китов: он не больше семи элей[9] в длину. В его-то собственной земле охота на китов гораздо лучше: они (киты) (там) бывают 8 и 40 элей в длину, а самые большие 50 элей в длину. Там, он говорил, что он сам-шест[10] забил 60 (китов) за 2 дня. Он был очень богатый человек в той (форме) собственности, в которой у них богатство бывает, т. е. в северных оленях. Он имел ещё, с тех пор как он (звания) конунга искал (домогался), прирученных животных, непроданных[11], шесть сотен. Этих животных он называет hranas (северные олени); у него было 6 оленей-приманок, которые очень ценятся среди финнов, потому что с их помощью ловят диких оленей. Он был из лучших (fyrstum — букв. первых) людей в их земле; было у него однако не более чем 20 коров и 20 овец и 20 свиней, а пашню свою небольшую он пашет лошадьми. Но их имущество в основном состоит из той дани, что платят им финны. Эта дань бывает дикими животными и птичьим пухом и китовой костью и судами которые делаются из шкур китов и тюленей. Каждый оплачивается по его рождению[12]. Самым высокородным должны платить 15 куньих шкурок и 5 оленьих и одну медвежью шкуру и 10 амберов[13] перьев и шубу[14] медвежью или из выдры и 2 корабельных каната, каждый чтоб был 60 элей длиною (= 68 м): один из китовой шкуры, другой из тюленьей. Он сказал, что земля Норманнов[15] весьма протяжённая и очень узкая[16]. Всю её (землю) человек может использовать или под пастбище (ettan — букв. пасти), или под пашню (erian — букв. пахать), ту (её часть), что лежит близ моря; но в определённых местах она (земля) очень скалистая, и пролегают дикие пустынные места[17] к востоку и вверх[18], вдоль населённой земли. По тем пустошам селятся финны. И земля эта, населённая, к востоку весьма широка, но чем севернее, тем она уже[19]. На восток она[20] может быть 60 миль шириной или немного больше (brædre — букв. шире); а в средней части 30 или больше; к северу же, он сказал, она самая узкая, так что она может быть трёх миль шириной до[21] тех пустошей, а пустоши эти там дальше, местами такой ширины[22], что человек может их пересечь за 2 недели, а местами такой ширины, что человек может их пересечь за 6 дней. Вдоль этой земли с юга, с другой стороны тех пустошей, и до севера находится Швеция; и вдоль той земли к северу (лежит) земля Квенов[23]. Иногда Квены совершают грабительские набеги на норвежцев, а иногда норвежцы на них. И там очень много озер пресноводных по пустошам тем, и переносят Квены суда свои по земле к тем озёрам и оттуда (с озёр) нападают на норвежцев; суда у них очень маленькие и очень лёгкие. Охтхере сказал, что эту местность называют Халголанд[24], (и) что он там бывал. Он сказал, что ни один человек не бывал севернее, чем он (Охтхере).
Далее (потом, ещё что)[25] есть один порт на юге той страны, который этот человек называет Sciringesheal[26]. Туда[27], он сказал, человеку можно (нельзя и)[28] за месяц доплыть, если ему по ночам устраивать ночлег, и каждый день будет ветер попутный, и всё время ему нужно плыть вдоль берега. И по правому борту (у него) будет Ирландия[29], а затем острова[30], что лежат между Ирландией и той землёй (Норвегией). И от той земли, откуда плывёт[31] он в Sciringesheal, весь путь его будет (is — букв. есть) по левому борту Норвегия. К югу от Sciringesheal’а впадает* в ту землю очень обширный залив†; он так широк, что не хватит взора людского его обозреть‡[32]. Этот залив* простирается на много сотен миль вглубь той земли†[33]. И из Sciringesheal’а, он сказал, что он плыл в течение 5 дней до того порта, который этот человек называл Hæþum[34], который находится[35] между венедами, и саксами, и англами, и принадлежит данам. Когда он туда плыл из Sciringesheale, тогда была у него по левому борту Дания; а по правому борту открытое море 3 дня; и потом, за 2 дня до прибытия в Hæþum, у него по правому борту была Готландия, и Зеландия, и острова многочисленные[36]. По тем землям живут англы, когда-то они сюда в страну[37] пришли. И были у них тогда 2 дня по левому борту острова, принадлежащие Дании.
 
Примечания

[1] Вряд ли Охтхере был подданным Альфреда в прямом смысле, но с точки зрения феодальной иерархии, да и правил хорошего тона, так и следовало выражаться.

[2] Похоже, современное Норвежское море.

[3] Эта грамматическая конструкция повторяется дальше в тексте ещё не раз и, судя по всему, представляет собой стандартную формулу — в те времена, за неимением точных измерительных приборов, лучшей мерой для расстояний было время, затраченное на их преодоление; как только мог — означает, что путь был пройден в благоприятных условиях, без задержек и помех (см. также ком. 27).

[4] Ещё одна стандартная формулировка — плыли-то вдоль одного берега, другого берега не видели и ручаться за то, что там и как не могли.

[5] Основная версия — Северная Двина, Вина скандинавских саг более позднего времени, хотя есть и другие мнения.

[6] Terfinna land — Терский берег — Восточное побережье Кольского п-ова. «Страну саами Кольского полуострова скандинавы называли Тренес, русские с XIII века — Тре, или Терский берег (от Святого Носа до реки Варзуги), финны — Турья, сами саами — Тарья». (Л. Лашук. Биармия — северное чудо).

[7] Это место — for þæm he hit self ne geseah þa Finnas — обычно переводят — поскольку сам он не видел этого, куда девают при этом þa Finnas — непонятно, букв. это должно звучать — потому что сам он не видел этого финна (строго ед. ч.); я же предполагаю, что Finnas здесь означает — финнский язык, точнее — это финнское наречие — т. е. наречие Биармов, а — ne geseah — букв. не видел, но как в современном английском потомок англосаксонского seon — to see — означает ещё и понимать, т. е. не понял. Охтхере не понял этого финнского наречия.

[8] Речь идёт о моржах и моржовых клыках. Вообще-то слово — horshwæl — переводится просто — морж, но состоит из 2 частей: hors — лошадь, конь + hwæl — кит, т. е. кит размером с лошадь, или лошадь, которая плавает в море, как кит. Как видим, для кита у англосаксов было отдельное название, было оно и для тюленя — seol, siol (совр. англ. seal), а тюлень-то на моржа похож гораздо больше, только гораздо меньше размерами. Не знаю, знакомы ли были при дворе Альфреда Великого с моржами или может, опять же из-за языковых проблем (в прочем, в IX веке таких проблем с норвежским при любом европейском дворе, а тем более в Англии (Уэссексе) быть не могло), Охтхере не смог толком объясниться, но судя по тому, что клыки, им предъявленные, не были опознаны, всё-таки он первый поведал им о моржах и их полезных свойствах, и название это — horshwæle — родилось в ходе беседы (возможно, калька с норвежского). Стоит добавить, что в Москве XV века о Севере должны были кое-что знать, и, кстати, знали толк в моржовом клыке, но величали его почему-то «рыбий зуб». В любом случае, более-менее серьёзная классификация растений и животных появилась веке, кажется, в XVIII.

[9] Ell — мера длины = 45 дюймов = 114,3 см (переводят — локоть, но я лучше сохраню местный колорит — эль). Получается 8 метров, конечно, многовато для обычного моржа, крупный самец морского слона будет метров 6, но у морских слонов нет таких клыков. Но ведь Охтхере-то рыбак! Почитайте дальше про размеры обычных китов, им пойманных — они там у него до 60 метров получаются! Впрочем, есть и более логическое решение проблемы. Во-первых, пропорционально соотношение размеров кита и моржа выглядит вполне правдоподобно, следовательно дефект надо искать в единице измерения. Есть версия, что в более раннюю эпоху англосаксонский эль был = римскому cubitus = 18 дюймов = 45,7 см. Тогда получается, что моржы Охтхере были 3,2 м, а киты — 23 м в длину, а это уже пугающе близко к истинным размерам по Encyclopaedia Britannica: 3,3 м для моржа и 22–23 м для Balænoptera physalus, N. Finnhval, обитающего в северной Атлантике.

[10] Syxa sum — удивительно похоже на русское — самшестъ, т. е. в компании 5 человек, будучи шестым, вшестером.

[11] Обычно это место переводят — когда он отправился искать короля, т. е. отправился к королю Альфреду. Я же исходил из несколько других соображений: *о реципрокности (дарообмене) при родовом строе см. у высококвалифицированных специалистов (М. Фрид — M. Fried), в прочем, пережитки (разного рода магарыч, проставление бухла, обмывание новых вещей и должностей) знакомы каждому. Оленей этих проставил бы Охтхере соплеменникам в случае успеха (получения звания конунга). Судя по тому, что они остались у Охтхере, конунгом он не стал, а не продал их может потому, что не оставил надежды, а может ещё что, мало ли, какие там обстоятельства. Возможно, я ошибаюсь, но не поделиться таким соображением я не могу.

[12] Которое определяет социальный статус, т. е. каждый получает согласно своему рангу, статусу.

[13] Амбер — единица вместимости и объема для сыпучих веществ и жидкостей. 1 амбер = 4 бушеля (36,37 л) = 145,48 л. (Впрочем, как и с элем-локтем, тут, мне кажется, нельзя быть уверенным наверняка).

[14] Kyrtel — звучит, конечно, больше похоже на куртку, но медвежья куртка, наверное, выглядит больше похоже на шубу.

[15] В общем-то Норманн (Norðman) — букв. северянин, северный житель, но в этом тексте под этим именем фигурируют норвежцы.

[16] См. современную карту Норвегии: в целом протяженная с севера на юг, и узкая с запада на восток, хотя, конечно, есть и детали. Разумеется, описывается прибрежная, в те времена более населённая норвежцами область.

[17] Mor — букв. пустошь, поросшая вереском. Норвежскую природу я не знаю, и растёт ли там вереск не ведаю, может и растёт, но очень может быть также, что староанглийский автор, слушая Охтхере, увидел пред мысленным взором какой-нибудь, скажем, шотландский пейзаж, более знакомый ему. Поэтому я делаю упор не на вереск, а на то, что мне кажется тут главным: пустынность и дикость этих мест. Из дальнейших описаний, при сопоставлении их с картой, выяснится, что под этим термином подразумеваются и горы, и леса, и озера, и тундра — в общем вся та область, что пролегала между древними норвежцами и древними шведами, и населённая финскими племенами. Для краткости это слово будет переводиться мною — пустошь.

[18] Wið uppon — вверху. Наверное, речь идет о Скандинавских горах.

[19] См. даже современную карту Норвегии.

[20] Hit — букв. оно. Дело в том, что land (земля, страна) в староанглийском (англосаксонском) — существительное среднего рода.

[21] Syðþan — оттуда, от того места, если речь идет не о времени, а о пространстве.

[22] Swa brad — букв. так широки.

[23] Cwena — считается, что это одно из финских племен.

[24] Одна из областей древней Норвегии.

[25] Þonne — тогда, когда, чем (в сравнительных конструкциях) и т.п. Здесь применяется как вводное слово — далее, потом, ещё что. До сих пор с этой целью применялось Þa — тогда, но то ли это надоело автору или переписчику и он решил с этого момента применять другое вводное слово, то ли это уже другой автор и переписчик. Кроме того, именно с этого места начинается описание совсем другого маршрута плавания Охтхере — на юг, в Хадебю, в Шлезвиг.

[26] Sciringesheal — это староанглийская транслитерация старонорвежского Skíringssalr — порта на юге Норвегии, располагавшегося неподалёку от современного Larvik.

[27] В этот самый Sciringesheal из места жительства Охтхере. Опять же, если верить тому, что тут написано, от Senja, где жил Охтхере, до Larvik (Skíringssalr) 28 дней пути, если употр. слово день в смысле единицы измерения = 36 морских миль = 66,7 км.

[28] Ne* mihte geseglian — ne — это отрицание вызывает серьёзные вопросы. Если верить тому, что тут написано в единственном манускрипте, где есть этот фрагмент, первоначально было m mihte, эта непонятная лишняя буква m, скорее всего появившаяся по ошибке, позже была исправлена на отрицательную частицу ne. В любом случае, плавание занимает около месяца (см. ком.27). Выбери свой вариант!

[29] Возможно, это ошибка, и вместо Ирландия следует читать Исландия.

[30] Шетландские, Фарерские и нек. др. о-ва к северу от о. Великобритания были в те годы весьма населены скандинавами (см. Стриннгольм А. Походы викингов).

[31] Cymð — букв. идёт — удивительно совпадает с привычкой (профессиональным жаргоном) русских моряков «ходить», а не плавать по морям.

[32] * fylð — букв. падает.

† swyðe mycel sæ — букв. очень много моря.

‡ seo is bradre þonne ænig man ofer seon mæge — букв. который шире, чем (любой) человек может обозреть.

[33] * Seo sæ — букв. это море; lið — букв. лежит.

† См. на карте южной Норвегии залив в северном окончании которого находится Осло.

[34] Haddeby, Хаддебю в Шлезвиге.

[35] Stent — букв. стоит.

[36] На первый взгляд изрядная путаница, но юг и юго-запад современной Швеции значительную часть ср. веков принадлежали Дании, поэтому Дания первые 3 дня пути слева по борту, дальше, действительно, небольшая замена — вместо Готландия следует читать Ютландия (и это не я придумал, а серьёзные люди считают), Зеландия справа по борту — ну что ж, если судить по карте не самый короткий путь в Шлезвиг (Hæþum), но зато по-прежнему вдоль берега современной Швеции, так что не заблудишься в многочисленных островах.

[37] Впервые land перевожу как страна, имеется в виду Англия, куда пришли англы из Ютландии.

Swedish

Others Rese-underrättelse

 

Other sade åt sin Herre Konung Ælfred, det han bodde längst i norr af alla Norrmän. Han berättade, at han i detta land bodde norr ut vid Vesterhafvet. Dock sade han, at detta land sträcker sig ännu derifrån långt i norr; men det är alldeles obebodt, förutan at på någre få ställen Finnar tidtals sig uppehålla, hvilke jaga om vintern, och fiska om sommarn i deras Haf.

Han sade, att han en gång ville utröna, huru långt detta land sträckte sig åt norr, eller om någon menniskja bodde norr om denna ödemarken. Han for derföre norr ut långs med landet; lemnade under hela resan det öde landet på styrbord (til höger) och hade öpna hafvet på babord (til venster). Efter tre dagar var han kommen så långt norr, som Hvalfängarne som längst pläga fara. Derpå for han ännu i norr, så långt han på andra tre dagar förmådde segla. Hvarefter landet böjde sig åt öster, eller Hafvet (böjde sig, gaf sig in) åt landet; han visste ej hvilketdera?; men det visste han, at han där väntade på vestan, eller något nordlig vind, och seglade derpå åt öster, långs med landet, så mycket han på fyra dagar kunde segla. Då måste han åter vänta på full nordan vind: emedan landet böjer sig där åt söder, eller hafvet ger sig in åt landet; han visste ej hvilketdera? Derpå seglade han åt söder långs med landet, så långt han på fem dagar förmådde segla. Då mötte honom där högt up in åt landet en stor Flod. Hvarefter de vände om i denna flod: emedan de icke tordes segla vidare uppför floden, af fruktan för fiendtlighet; så vida landet var väl bebodt på andra sidan om floden. Och han hade ej träffat något bebodt land, sedan han for ifrån sit eget hem; utan han hade öfveralt et öde land til höger, utom någre fiskare, och fogelfängare och jägare, som alla voro Finnar. Och til venster hade han vida hafvet.

Biarmerne hade ganska väl bebyggt sit land; men de (Other med sine följeslagare) vågade icke där landstiga. Men Terfinnarnes land var öfveralt öde, förutan där, hvarest jägare vistades, eller fiskare, eller fogelfängare.

Flera berättelser meddelade honom Biarmerne, dels om sit eget land, dels om de länder, som dem omgåfvo. Men han visste icke hvad deraf var sant, efter han det aldrig sjelf hade sett. Han tyckte, at Finnarne och Biarmerne talade något när samma språk. Han for förnämligast dit, förutan af håg at lära känna landets skaplynne, för Hvalrossarnes skull; ty de hafva ganska ädla ben i sina tänder: af hvilka de resande hemtade med sig några til Konungen. Och deras hud är ganska tjenlig til skeppståg. Desse Hvalar äro mycket mindre än andre Hvalar; och äro ej längre än sju alnar. Men i hans eget land är det bästa Hvalfänget; der det finnas Hvalar af fyratioåtta alnars längd: och det störste äro femtio alnar långe. Af dessa sade han, at han sjelf sjette dödat sextio på två dagar. Han var en ganska förmögen man på det slags ägodelar, som utgöra deras rikedom, det är, på vilda djur. Han ägde på den tiden, då han besökte Konungen, tama oköpta djur sexhundrade; dessa djur kalla de Renar. Af dem voro sex Lock-Renar; de äro i ganska högt pris hos Finnarne: ty med dem fåga de vild-renar.

Han var ibland de yppersta män i det landet. Dock ägde han icke mer än tjugo kor, tjugo Får och tjugo Svin. Och det lilla han plögde, det plöde han med Hästar. Men deras förmögenhet beror mäst af den skatt, som Finnarne til dem betala. Denna skatt består i djurs skinn och fogel-fjäder, och Hvalfisk-ben (tänder), och sådane skeppståg som äro förfärdigade af Hvalfisk- (Valross-?) och af Själskinn. Hvar och en betalar efter sin förmögenhet. Den förmögnaste bör erlägga femton Mårdskinn, fem Renhudar, et Björnskinn, tio korgar Fjäder, en Björnskins- eller Utterskins tröja, och tvänne Skeppståg, hvartdera sextio alnar långt, förfärdigade det ena af Hval- (Valross ?) hud, det andra af Själskinn.

Han sade at Nordmanna land (Norrige) var ganska långt och ganska smalt. All den mark, som är tjenlig, antingen til betesmark eller til åker, ligger vid hafvet; och jämväl den är på somliga ställen ganska bergig. En öde Bergsrygg (Fjällen) ligger mot öster, i jämnlång sträckning med det bebygda landet. På denna Bergsrygg uppehålla sig Finnar. Det bebygda landet är bredast i söder, och ju längre åt norr, desto smalare. Mot söder kan det vara sextio mil bredt, eller föga deröfver, och midt på trettio mil, eller något bredare; men emot norr, sade han, at där det var smalast, kunde det utgöra vid pass tre mil, intil fjällryggen. Denna fjällrygg är på somliga ställen så bred, at man behöfver två veckor för at färdas deröfver; och på somliga ställen ej bredare, än at man kan färdas öfver densamma på sex dagar.

I bredd med detta lands (Norge) södra del, på andra sidan om Fjällryggen, ligger Sverige; och i bredd med samma lands (Norges) norra del är Kvenland. Kvenerne härja stundom in på Norrmännerne öfver Fjällryggen; och stundom Norrmännerne in på dem. Där finnas ganska stora sjöar med sött vatten (insjöar) emellan bergen; Kvenerne bära derföre sina fartyg öfver land in i dessa sjöar, och härja så Norrmännerna: de hafva ganska små och ganska lätta fartyg.

Other sade, at det landskap, hvarest han bodde, hette Halgoland. Han berättade, at ingen menniska bodde norr om honom.

Det var ock en hamn belägen i söder om detta land, som hette Sciringesheal. Dit, sade han, at man ej kunde segla på en månad, när man lade til lands om nätterne, ehuru man alla dagar hade strykande vind. Och under hela den tiden måste man segla långs med (Norrska) landet; och har man på styrbord först Iraland (Skottland), och sedan de öar, som ligga emellan Iraland och detta land. Derefter är detta land, tils man kommer til Sciringesheal. Och under hela vägen har man på babord Norge.

Söder om Sciringesheal sträcker sig ett stort haf upp in i landet; det är bredare, än at någon menniska förmår se öfver detsamma: och på andra sidan midt emot, är Gotland (Jutland), och sedan Sillende. Detta haf går många hundrade mil upp i landet.

Han (Other) berättade vidare, at han ifrån Sciringesheal seglade på fem dagar til en hamn, som kallas Hæthum: vilken ligger emellan Wenderne och Sachserne och Anglerne, och hörer Danskarne til.

Då han seglade ditåt ifrån Sciringesheal, hade han på babord Danmark, och på styrbord öpna Hafvet, i tre dagar; och derpå i två dagar, innan han anlände til Hæthum, hade han på styrbord Gotland (Jutland) och Sillende, och åtskillga öar: i dessa länder bodde Anglerne, innan de kommo hit i landet. Och bägge dessa dagar hade han på babord de öar, som höra til Dannemark.

  • Country in which the text is set
    Norway, Russia, Denmark
  • Featured locations
    Hālgoland (Hålogaland)
    Hǣþum / Hæthum (Haithabu, Hedeby)
  • Impact

    Around 890 AD. King Ælfred translated the History of the World by Orosius from Latin to Anglo-Saxon – or had it translated, according to his literary programme: to “turn into the tongue which we can all understand the books which are most necessary for all men to know” (J. Raith).

    He added two travelogues, the first one by the Norwegian seafarer Othere (Ottar) from his homeland in Hålogaland in Northern Norway along the Northern coast and the Kola Peninsula towards the mouth of the Northern Dvina River. A second travel took him to the Danish trading town and fortress Hæthum (Haithabu, Hedeby, close to Schleswig).

    Another travelogue recounts the voyage of a man named Wulfstan (Ulfstein) that led from Hæthum to Truso (close to Elbing, Elbląg) across the Baltic Sea.

  • Balticness

    These are the earliest travelogues mentioning the countries of Norway, Sweden and Denmark and describing self-experienced voyages to the White Sea and across the Baltic Sea with accurate sailing distance specifications. Their impact on our knowledge of these regions has been strong and well-spread through numerous translations mostly into English, but also into other languages since the end of the 18th century.

    As one of the editors, Joseph Bosworth wrote in his comment: "It is the king's own record of Europe in his time. It is not only interesting, as the composition of Alfred, but invaluable, as an historical document, being the only authentic record of the Germanic nations, written by a contemporary, so early as the ninth century." and Johann Reinhold Forster, the father of the travellor around the world, added to the Barrington edition an interesting map and called Ohthere’s and Wulfstan’s voyages to be “die besten Nachrichten des mittleren Alters vom Norden, und geben der Erdbeschreibung ein grosses Licht” (in his German edition from 1784).

                                                                                                    Klaus-Jürgen Liedtke

  • Bibliographic information

    The Old English text was published in 1678 together with a translation into Latin and short notes by John Spelman as an appendix to his Latin biography over King Ælfred.

    The text appears according to: James W. Bright (ed.), An Anglo-Saxon Reader. New York 1913

  • Translations
    Language Year Translator
    Danish 1815 Rasmus Rask
    Danish 1983 Niels Lund et. al.
    English 1773 Daines Barrington
    English 1807 James Ingram
    English 1853 Benjamin Thorpe
    English 1859 Joseph Bosworth
    English   Grant Chevallier
    English 1997 rev. Murray McGillivray
    German 1784 Johann Reinhold Forster
    German 1822 Friedrich Christoph Dahlmann
    Norwegian 1969 Reidar Djupedal
    Swedish 1800 Henrik Gabriel Porthan
  • Year of first publication
    1678
  • Place of first publication
    London
  • Link